Регистрация Вход
Город
Город
Город

Сталинград. Рождение сверхдержавы


 

В первый день Нового (1943) года советская страна радостно вслушивалась в сообщение Совинформбюро о внушительных итогах шестинедельных боёв Красной Армии у Сталинграда. 2 февраля войска Донского фронта закончили ликвидацию сил противника. Начатая 19 ноября 1942 г. наступательная операция советских вооружённых сил завершилась блестящей победой. Ещё одну победу отпраздновали воины Ленинградского и Волховского фронтов вместе с жителями города на Неве: к 30 января была прервана его блокада... Британское правительство трезво оценивало значения сокрушения ударных сил Германии и ее союзников в Сталинграде. 20 января 1943 г. Черчилль обратил внимание военного кабинета на незначительные масштабы британских военных операций в сравнении с гигантскими усилиями России [1]. 

 

Официальные данные о людских потерях воюющих государств весьма красноречивы. В сражении под Эль-Аламейном (23 октября — 4 ноября 1942 г.) фашистский блок потерял 55 тыс. чел., под Сталинградом — в 10 — 15 раз больше. Потери советских войск в Сталинградской наступательной операции, напомним, составили свыше 485 тыс. чел. 8-й английской армии победа под Эль-Аламейном обошлась в 2350 чел. убитыми и 2260 чел. пропавшими без вести [2].

 

В свете важнейших для хода всей войны событий на советско-германском фронте стало ещё более очевидно, что от его сохранения и поддержания дружественных отношений с СССР зависит успех вооружённой борьбы западных союзников в Европе и на Дальнем Востоке. На заключительной стадии Сталинградской битвы британская дипломатия сочла необходимым подтвердить свою верность договору с СССР от 26 мая 1942 г. и ориентацию на международную организацию безопасности. А.Иден в палате общин 4 декабря 1942 г. высказался за продолжение сотрудничества Объединённых Наций после достижения победы. Комментируя 13 марта 1943 г. эту свою речь на пресс-конференции в Вашингтоне, министр иностранных дел заявил: советско-английский договор рассматривается британским правительством так же, как его охарактеризовал Сталин 6 ноября 1942 г. («Исторический поворот» в отношениях двух стран); документ вписывается в общую структуру Объединённых Наций и рассчитан на период войны и после её окончания [3]. Выступая в поддержку международной организации, британское правительство планировало в то же время создание разного рода федераций и группировок, надеясь с их помощью укрепить влияние Англии в Европе.

 

С 1943 г. в британских правящих кругах, в частности в аппарате военного ведомства, росли опасения насчет того, не слишком ли успехи советских войск укрепят позиции СССР и большевизма в Европе. Британская пропаганда стала подчёркивать роль Англии как крупнейшей военно-воздушной базы союзников, как морального оплота и лидера европейской цивилизации. Пропагандистская кампания преследовала цель избежать невыгодного для Лондона преобладания России и США в послевоенной Европе [4].




Премьер-министр и его военные советники продолжали следовать «периферийной» стратегии. На конференции в Касабланке (14 — 23 января 1943 г.) западные союзники приняли решение о развитии операций на средиземноморском ТВД (план «Хаски» о высадке в Сицилии), что практически отсрочило вторжение во Францию ещё на год. Сталин не преминул выразить резкое недовольство новым промедлением с открытием второго фронта и неопределённостью сделанных заявлений относительно сроков выступления на Западе [5].

 

Правительства США и Великобритании отчётливо представляли политические издержки курса оттягивания второго фронта в Западной Европе (напряжённость в отношениях с СССР, протесты общественности, опасность большевизации Европы). Британский посол в Москве Керр считал «ужасным» для престижа своей страны, если русские войдут в Берлин на танках, «а мы будем спокойно двигаться на встречу с ними в поезде». Отсрочка второго фронта, резонно подчёркивал он, усиливает недоверие русских. Недоверие и подозрения советской стороны в отношении Англии, которая не вносит полного вклада в войну против Германии, И.Майский выразил сотруднику Форин офис. Многие высокопоставленные лица в СССР, особенно в армии, заявил посол, считают такие подозрения обоснованными. Иден 13 февраля сообщил об этом Керру [6].

 

В комментариях британских средств массовой информации на Сталинградскую победу преобладали восторженные тона. Подчёркивая огромное значение капитуляции окружённой армии Паулюса, лондонская «Таймс» утверждала, что боевой подвиг советских войск увенчал Сталинград двойным лавровым венком: одним — за защиту от невиданного в истории натиска врага, другим — за контрнаступление, коренным образом изменившее весь ход войны. «Дейли экспресс», напомнив о победе англичан в Египте, признала в передовой статье: военные действия 8-й армии не могут по своему масштабу идти в сравнение с операциями на советско-германском фронте: «Североафриканская кампания ещё не переросла в подлинное испытание сил». Д.Гарвин писал в «Санди экспресс»: «Под руководством Сталина и его генералов Красная Армия превзошла прежде совершённые ею чудеса»; «Обсервер» цитировала отзыв военного обозревателя (псевдоним «Либерейтор») о наступательной операции СССР как «замечательном образце крупного стратегического плана», который долгое время будет изучаться специалистами [7].

 

Под влиянием Сталинградской победы увеличилось число хвалебных, преувеличивавших значение фигуры советского лидера высказываний. Сталин идентифицировался с подвигом воинов и города на Волге; британская печать изображала Сталинград его личной победой и — в значительной степени — победой представляемой им системы. К такому выводу с полным основанием пришёл Ф.Белл, изучивший освещение британскими СМИ Сталинградской битвы [8].

 

С большим размахом на Британских островах в феврале 1943 г. отмечалось 25-летие Красной Армии. Митинг в лондонском Альберт-холле с участием видных представителей всех партий и деятелей искусства (Джона Гилгуда, Лоуренса Оливье и др.) был организован министерством информации, стремившимся не допустить проведения празднества силами компартии. Тогда же министерство, впрочем, рекомендовало издателям рукописи Дж.Оруэлла «Скотный двор» задержать её публикацию. В 12-ти городах Британии перед тысячами людей на митингах выступили члены кабинета министров. В Лондоне приветственную речь произнес Иден, в Кембридже — Дж.Андерсон, в Оксфорде — Бракен, в Манчестере — О.Стенли. В Бристоле первый лорд адмиралтейства А.В.Александер, представители посольства СССР, мэры 28 городов прошествовали в традиционных регалиях по улицам, направляясь на массовый митинг. Торжества предполагалось выдержать в официальных рамках, фактически же они приобрели также и популистский характер: «...красный цвет доминировал тут в большем количестве, чем этого хотелось бы» [9].

 

Сталинградская победа стала для англичан источником неиссякаемых восторгов и вдохновения, возбудила ещё более острый интерес к советской армии, к труженикам тыла. В адрес Совинформбюро шли многочисленные запросы на статьи и материалы о советской стране. Журнал «Перейд», публикуя рассказ о командире советской подводной лодки, просил направить ему новые рассказы о людях, жизни армии и народа. Министерство информации запрашивало статьи советских писателей для публикации в пропагандистских изданиях вооружённых сил «Уор ин пикчерз» и «Нептун», а также союзных и нейтральных стран. Столичный литературный институт организовал цикл лекций, которые прочитали Бернард Пэйрс, Л.Брукс, Джон Рассел, Герберт Маршалл, и демонстрацию фильмов о жизни советского народа. Исключительную популярность, наряду с романом Льва Толстого, приобрели произведения других русских классиков — Гоголя, Тургенева, Достоевского, Чехова, также как и современных писателей — М.Горького, В.Катаева, М.Зощенко, К.Федина [10].




В честь Сталинграда проводились концерты английской музыки, сборы от которых шли в фонды помощи СССР; победе были посвящены увертюра «Сталинград», написанная молодым композитором К.Дарнтоном, и радиокомпозиция «Слава Сталинграду» английского поэта Луиса Макниса. Фильм о Сталинграде затмил по своему эффекту в глазах англичан все другие фильмы военного времени, кроме одной картины «Победа в пустыне» (о битве при Эль-Аламейне). Выступая летом 1943 г. на митинге англо-советской дружбы в Манчестере, министр авиационного производства Ст.Криппс обратил внимание на чрезвычайно возросший интерес англичан к истории, общественной и экономической жизни России, к советской науке, музыке, живописи, литературе. Он подчеркнул и большой интерес к Англии: «Британский союзник» идёт нарасхват по всему Советскому Союзу, широко изучается английский язык, литература, искусство [11].

 

Дж.Оруэлл, которого трудно заподозрить в симпатии к сталинизму, рассматривал поражение немцев в России как крупнейшее из всех военных событий 1943 г. В своем дневнике он отметил 16 января: конец войны ещё не виден, но можно с уверенностью предсказать, что в 1943 г. Объединённые Нации удержат стратегическую инициативу и будут достаточно сильны, чтобы перейти от самообороны к наступательной стратегии. 20 февраля Оруэлл записал: «Что касается Британии, Советская Россия никогда не была так популярна, как в данный момент». Издатель военного дневника Оруэлла У.Уэст подтверждает, что в этой фразе верно отражено состояние общественного мнения Британии; однако сам Оруэлл «страшился возрастающего влияния России» [12].

 

Анализ настроений Британии — как на различных уровнях общественной пирамиды, так и в правящих кругах —13 февраля 1943 г. представил Наркоминделу И.Майский. Общими чувствами почти всех слоев британского общества он назвал крайнее удивление мощью Красной Армии, ё храбростью, искусством, организованностью, но кроме того и растущее чувство самоуспокоенности. Описывая восхищение широких масс, особенно рабочих, посол упомянул и опасения, «тревожное недоумение» интеллигенции [13].

 

Достаточно полную и точную картину влияния Сталинградской победы на британское общество можно воспроизвести по архивным документам. Пик популярности советского союзника, судя по данным министерства информации, был отмечен и в январе — феврале 1943 г. Отдел внутренней информации в докладе, подготовленном 4 февраля, так оценивал ситуацию в стране: в новых победах русских армий, особенно в ликвидации немецких сил в районе Сталинграда, видят главную причину дальнейшего улучшения настроений англичан; в целом реакция мало чем отличается от той, какая описывалась в последние недели. «Россия по-прежнему является главной темой разговоров... Сколь бы ни были благоприятными или даже сенсационными новости из других мест, взоры и сердца большинства обращены к нашим великим союзникам». Говорят, что победа под Сталинградом вызвала больше глубокого восхищения, чем все другие подвиги России; восхищение и признательность большинства никогда ещё, по-видимому, не поднимались выше».

 

Но наблюдалось и другое: скептицизм по поводу притязаний России, способности русских «не останавливаться»; опасения перед тем, что Россия исчерпает свои ресурсы ещё до начала наступления союзников на Западе; сомнения насчёт поведения России за столом мирных переговоров; отсутствие знаний о России, величине её территории. Всё это, как говорилось в докладе, являлось «реакцией меньшинства». Что касается конференции в Касабланке, то она первоначально возбудила значительный интерес, но в конечном счёте он перешёл в разочарование, особенно в связи с отсутствием на переговорах Сталина [14].

 

«Мэсс обсервейшн», в свою очередь, посвятила России большой раздел и подтвердила острый интерес, проявленный к ней в январе — 1-й половине февраля. В своих комментариях англичане, помимо общего для всех выражения радостных чувств, высказывали удивление быстротой, мощью наступательных операций СССР и уверенность в том, что удары нанесут непоправимый урон противнику. На вопрос: «Как, с Вашей точки зрения, идет война в России?» — «Хорошо!» ответили почти все опрошенные (95 % — 25 января, 99 % — 27 января, 93 % — 11 февраля). Вера в русских чрезвычайно сильна, отмечалось в февральском бюллетене. «Блиц-опрос» в Лондоне 22 февраля дал примерно те же результаты: 95 % — явные оптимисты в связи с войной России, отсутствие пессимистов и 5 % лиц, не высказавших своего мнения. Как и обычно, наряду с положительными оценками вклада советских армий, «Мэсс обсервейшн» зафиксировала признание больших трудностей России на фронте и в тылу, недостаточность оказываемой ей помощи (операции в Африке по-прежнему не рассматривались большинством как равноценные по своему значению битвам на советско-германском фронте) [15].

 

«Пожелание перехода к наступательным действиям — вот что характерно для общественного мнения Британии», — утверждал в январе Т.Харрисон. Большая группа англичан связывает причины успехов Красной Армии с широким участием народов СССР в борьбе и с пониманием её целей. Советские люди, сослался он на слова одного лондонца, «вкладывают в войну всё своё сердце и весь свой труд» [16].

 

Активизации военных усилий Англии в Европе продолжали требовать левые лейбористы. Они настаивали также на договорённости с СССР по вопросам «политической войны» в целях позитивной реконструкции континента и уничтожения всех форм фашизма. «Нью стейтсмен энд нейшн» напомнила: Россия воюет с десятками вражеских дивизий и платит высокую цену, она «вправе ожидать от нас получения помощи в 1943 г. не в меньших, а в больших размерах» [17].




16 марта 1943 г. на Трафальгар-сквер состоялся митинг с участием 35 тыс. чел. под лозунгом скорейшего открытия второго фронта во Франции. Это был, пожалуй, один из немногих случаев такого рода, отмеченный в 1943 г. Общественные требования о втором фронте не приняли столь крупного масштаба, как летом — осенью 1942 г. Но англичане продолжали выступать за оказание эффективной помощи СССР, как показывает масса поступавших в министерство информации сводок. Ожидания открытия Британией и США второго фронта в Европе весной 1943 г. и принятия срочных мер в поддержку советского союзника; уверенность в том, что западные державы почти закончили свои приготовления к ворожению на континент; нежелание «упустить шанс», — все эти сюжеты повторялись и варьировались в донесениях из различных районов Британии. В сводках указывалось, что хотя «шумные сторонники» второго фронта составляют теперь лишь незначительное меньшинство, общим для всех жителей является стремление не допустить чрезмерно долгой его отсрочки. Это стремление и разговоры о бездействии Англии распространялись главным образом под влиянием сообщений об окружении противником Харькова и отходе от города советских войск; «росло, по-видимому, опасение перед тем, что благоприятные возможности исчезнут, и нам будет противостоять Германия с полностью отмобилизованными силами во всех частях европейской крепости» [18]. (К началу марта советские войска в ходе Воронежско-Харьковской операции сорвали план германского командования по уничтожению советских сил в районах Харькова и Курска, освободив эти города и ряд других административных центров [19].

 

В числе мотивов в обоснование дальнейших действий западных союзников выдвигался такой: не заключит ли Россия сепаратный мир, не прекратит ли она после освобождения своей территории преследовать противника. Приказ Сталина по случаю 25-летия РККА, в котором подчёркивалось, что СССР один несёт всю тяжесть войны, у части англичан вызвал раздраженные комментарии («неблагодарность» русских). Выражалось недовольство новым призывом лорда Бивербрука к открытию второго фронта; по мнению большинства, Бивербрук преуменьшал вклад собственной страны [20]. На устойчивость опасений европейцев перед «русско-германской комбинацией» ссылался английский историк Дж.Уилер-Беннет, рассматривая возможность выдвижения гитлеровцами предложения о сепаратном мире с СССР на условиях отвода немецких войск с советской территории, признания советских границ 1941 г. и ряда уступок в Азии. Россия, полагал он, заинтересуется таким предложением только в двух случаях: во-первых, если придёт к заключению, что США и Британия не хотят или не могут продолжать поставки; во-вторых, если западные союзники откажутся признать западные границы СССР 1941 г. Уилер-Беннет был убеждён, что Россия «намеревается вернуть свои бывшие территории. Она предпочтёт сделать это в результате победы союзников над Германией и в рамках общего мирного урегулирования» [21].

 

Почти сразу после Сталинградской победы в министерство информации начали поступать, наряду с восторженными откликами, сигналы тревоги по поводу послевоенных намерений советского союзника. Некоторые англичане опасались, что СССР «займёт всю Европу или потребует слишком много за столом мирных переговоров», что его победа приведёт к распространению коммунизма. Тревожило, что Россия одна сможет нанести поражение Германии; «предоставив России возможность стать европейским завоевателем, мы дадим ей также право решать вопрос о реорганизации Европы». Постоянные напоминания Сталина о том, что СССР ведёт борьбу без помощи извне, расценивались как свидетельство притязаний на получение права диктовать мир [22].




Лишь немногие жители Британских островов, судя по сообщениям с мест, хотели бы, чтобы послевоенные условия сложились по советскому образцу. Правда, сводка от 11 февраля содержала ссылку на согласие с послевоенным господством России в Восточной Европе («Она этого заслуживает») [23].

 

С желанием как-то приглушить сигналы тревоги по поводу целей СССР связано, вероятно, появление нового проекта приглашения большой группы советских воинов в Британию. В записке, адресованной 26 февраля руководителю русского отдела министерства информации Питеру Смоллету, предлагалось в качестве меры противодействия «большевистскому пугалу» пригласить в Англию около 300 советских солдат и офицеров — участников битв под Ленинградом, Сталинградом и Харьковом. Они могли бы пройти маршем по улицам Лондона, других крупных промышленных центров и получить «великолепный приём» у населения [24].

 

Британская общественность высказывала, вместе с тем, беспокойство по поводу трений в межсоюзнических отношениях, которые проявились во время визита А.Идена в Вашингтон в марте 1943 г. и в связи с заявлением посла США в СССР адмирала У.Стэндли (на пресс-конференции в Москве Стэндли обвинил советское правительство в замалчивании размеров американской помощи). В восьми регионах Англии, где обсуждалось выступление американского посла, большая часть жителей осудила его как «неразумное и несвоевременное». О противоположных мнениях общества было упомянуто в докладах от 18 и 25 марта: «Недружественное чувство к России выражено немногими, но ощущается многими. Даже те, кто восхищается Россией, боятся, что она может попытаться господствовать в послевоенной Европе». «Средний англичанин, независимо от его политических взглядов, восхищается Россией и не симпатизирует Америке»; в англо-американских отношениях слишком много взаимной критики, они нуждаются в улучшении" [25].

 

Политика сотрудничества с СССР, признания значения его военных усилий получала поддержку со стороны немалой части британского общества. В ходе опроса, проведённого БИОМ в апреле 1943 г., 50 % респондентов назвали Россию той страной, которая внесла наибольший из Объединённых Наций вклад для достижения победы; Британию назвали 42 % опрошенных лиц, Китай — 5 %, США — 3 %. 39 % респондентов мотивировали такую оценку роли России следующим образом: «Её крупные потери и страдания — она несёт самое большое бремя — Россия действует, а не только говорит — она ведёт тяжелейшую войну на своей территории». 3 апреля 76 % участников опроса утвердительно ответили на вопрос — нужно ли союзникам вторгнуться на континент, прежде чем будет побеждена Германия.

 

В том же месяце 55 % из числа опрошенных подтвердили, что Британия, США, Россия и Китай будут сотрудничать после окончания войны; 23 % не смогли определить свою позицию. Из 22 % лиц, отрицавших возможность послевоенного сотрудничества четырёх держав, половина отнесла это за счёт слишком длинного списка «конфликтных интересов» и различий; 5 % ответили: «Тори, капиталисты не будут сотрудничать с Россией; страх перед коммунизмом у Британии и США»; 4 % заявили: «Россия может стать проблемой» [26].




В апреле — июне 1943 г. министерство информации получало сравнительно мало сообщений о реакции на вооружённую борьбу СССР. С завершением североафриканской кампании (в мае капитулировали итало-немецкие войска в Тунисе) у англичан появились надежды, — как вскоре выяснилось, преждевременные, — на открытие в ближайшем будущем второго фронта. Многие ожидали известий о новом наступлении советских войск, допуская возможность одновременного развёртывания союзниками операций против Германии на Западе и Востоке; отмечалась «общая, спокойная уверенность в силе советского союзника, в активизации действий советских ВВС. Существовали лишь слабые опасения на тот счёт, что британский вклад в оборону России ограничится расширением бомбардировок промышленных центров Германии» [27].

 

При временном спаде острого интереса к советско-германскому фронту внимание общества сфокусировалось на отношениях СССР с Польшей. Меньшинство англичан заняло сторону польского эмигрантского правительства. Большинство поддержало советскую версию о немецких виновниках массового расстрела польских офицеров в Катынском лесу; разрыв советско-польских отношений расценивался как победа геббельсовской пропаганды [28]. В свете последних архивных сведений о сталинских репрессиях [29], доверие к советской версии не представляется, естественно, оправданным. Но, по замечанию Ф.Белла, и правительственная политика Британии, и позиция её общественного мнения в «катынском деле» определялись единым стремлением — не ставить под угрозу союзные отношения с СССР. Советский Союз по-прежнему рассматривался как государство, вносившее главный вклад в достижение победы над Германией. В мае 1943 г. это вновь подтвердили 50 % участников опроса БИОМ, причём у возрастной группы лиц от 21 года до 29 лет процент был ещё выше (57). Британия занимала второе мест в списке (42 %), Китай — третье (5 %), а США — четвертое (3 %) [30].

 

Лидия Позднеева

Доктор исторических наук, Институт всеобщей истории РАН.
Автор множества монографий и научных статей по истории Великобритании.

Из монографии Л.В.Поздеевой «Лондон — Москва: Британское общественное мнение и СССР. 1939 — 1945».

http://www.historia.ru /

 

Примечания.


1. Churchill W.S. The Second World War. 6 Vols. L., 1946 — 1954. Vol. 4: The Hinge of Fale. P. 613.
2. Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах. Статистические исследования. Общая ред. Г.Ф.Кривошеева. М., 1993. C. 182; Гареев М. Маршал Жуков. М., 1996. C. 113; Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943. Пер. с англ. М., 1980. C. 83.
3. Public Records Office (PRO). Kew, England. FO 954/26. Halifax to the Foreign Office. 1943. 16 March.
4. Cole, Rob. Britain and the War of Words in Neutral Europe, 1939 — 1945: The Art of Possible. L., 1990. Pp. 124 — 125.
5. Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны. Документы и материалы. В 2-х т. Т. I. М., 1883. C. 356 — 357.
6. The Second World War Diary of Hugh Dalton, 1940 — 1945 / Ed. B.Pamlott. Cape, 1986. P. 551 (1943. 8 Febr.); PRO. FO 371/36954.
7. Daily Express. 1943. 5 Jan.; Times. 1943. 3 Feb.; Sunday Express. 1943. 6 Jan.; Observer. 1943. 18 Jan.
8. Белл Ф.М.Х. Великобритания и Сталинградская битва // Сталинград. Событие. Воздействие. Символ. Под ред. Ю.Фёрстера. М., 1994. C. 377.
9. McLaine Ian. The Ministry of Morale. Home Front and the Ministry of Information in World War II. L., 1979. P. 203; Британский союзник. 1943. 11 апреля; Белл Ф.М.Х. Указ соч. C. 379; PRO. INF I/292-3; Weekly Report No. 125. 1943. 25 Feb.
10. РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 157. Л. 158 — 159; там же. Д. 120. Л. 89 (ВОКС. Внутренний бюллетень № 5. Март 1943 г.).
11. Британский союзник. 1943, 9 мая; там же, 30 мая; там же, 8 августа; Интернациональная литература. 1943. № 1.
12. Orwell G. The War Commentaries // Ed. with an Introd. W.J.West. L., 1987. Pp. 204, 206.
13. Советско-английские отношения. Т. I. C. 336 — 339.
14. PRO. INF. I/292-3. Weekly Report No. 122. 1943. 4 Febr.
15. Mass Observation Archive. University of Sussex Library (MO). File Report 1607. MO Bulletin 1943. Febr.; Ibid. File Report 1623. 1943. 10 March. Pp. 3 — 5.
16. Гаррисон Т. Что мы думаем о вас // Британский союзник. 1943. 24 янв. C. 1.
17. New Statesman and Nation. 1943, 20 Febr. P. 117; Ibid. 1943. 23 Jan.
18. PRO. INF I/292-3. Weekly Reports Nos. 124 — 128. 1943, 18 Febr. — 18 March.
19. Великая Отечественная война. Военно-исторические очерки. В 4-х кн. Кн. 2: Перелом / Гл. ред. В.И.Фесенко. М., 1998. C. 169 — 171.
20. PRO. INF I/293-3. Weekly Reports Nos. 125 — 127.
21. PRO. FO 371/36959. Halifax to Foreign Office. 1943. 26 May; Ibid. John Wheeler-Bennett. The Future of German-Russian Relations. s/d.
22. MO. INF I/292-3. Weekly Reports Nos. 123 — 125, 127. 1943. 11 Febr., 18 Febr., 25 Febr., 11 March.
23. Ibid. Nos. 124, 123.
24. PRO. INF I/678.
25. PRO. INF I/292-3. Weekly Reports Nos. 128 — 129. 1943. 18 March. 25 March.
26. Public Opinion 1935 — 1946 / Ed. Cantril G.H. Princeton, NJ. 1951. Pp. 1065, 366; The Gallup Poll. Public Opinion 1935 — 1971. Vol. 1: 1935 — 1948 / Ed. G.H.Gallup. N-Y., 1972. P. 379.
27. PRO. INF I/292-3. Weekly Reports Nos. 135, 138, 140, 141. 1943. 6 May, 27 May, 10 June, 17 June.
28. Ibid. Nos. 134, 135. 1943, 29 Apr., 6 May. Подробнее см.: Bell P.M.H. John Bull and the Bear. Brirish Public Opinion, Foreign Policy, and the Soviet Union. L., 1990. Chapter 4.
29. См: Лебедева Н.С. Катынь: Преступление против человечества. М., 1994.
30. Bell P.M.H. Op. cit., p. 127; PRO. INF I/292-3. Home Intelligence Division. Appendix. British Institute of Public Opinion Results. May 1943.

 

 



Источник: http://www.discred.ru/publ/vazhnoe/stalingrad_rozhdenie_sverkhderzhavy…

Поделитесь с друзьями:

Смотрите также:

Великая Отечественная СССР Сталинград

 

Комментарии:

Agent Smith

Уинстон Черчилль в истории Великобритании оставил след примерно равный тому, что оставил в истории СССР Б.Н.Ельцин. И как ни странно, фигуры Черчилля и Ельцина оцениваются своими народами в общем положительно.

Ответить

otello

ЕБН оценивается своим народом положительно? Вы о каком народе говорите?

Ответить

"Вы о каком народе говорите?"
Вероятно о ... своём, "общечеловеческом" или "божьем"

Ответить

Agent Smith

"Вы о каком народе говорите?"
---------------
Я говорю о народе, выбравшем в президенты страны человека, которого назначил Ельцин вместо себя. Причем этот самый президент с завидной регулярностью рассказывает о том как повезло России, что ею руководил Б.Н.Ельцин.

Ответить

Черчилль Вроде как Англию не развалил?

Ответить

Agent Smith

Именно политика Черчилля привела к развалу Британской империи.

Ответить

otello

Черчилль трансформировал Британскую империю в Британское содружество. Т.е. сделал то, что не получилось у Горбачева с СНГ. А Ельцин и не собирался.

Ответить

Agent Smith

Британская империя и Британское содружество - это полная аналогия СССР и СНГ.

Ответить

otello

И где в СНГ место для королевы? Я уж не говорю о том, что СНГ - труп.

Ответить

/фигуры Черчилля и Ельцина оцениваются своими народами в общем положительно/
***
Это была шутка...?

Ответить

К двадцатилетнему юбилею так называемого августовского путча 1991 года (подробнее об этом читайте в нашем фронт-проекте) два крупнейших социологических агентства России провели опросы общественного мнения. Результаты показывают рост безразличия ко всему, что связано с путчем, и стабильно низкие рейтинги Бориса Ельцина.
Отношение общества к августу 1991 года можно сформулировать довольно просто. Приблизительно 10% поддерживают Бориса Ельцина. 40% относятся к нему негативно. Среди остальных преобладает безразличие. Многие ничего не знают о путче, 40% считают его эпизодом борьбы за власть и относятся к произошедшему скептически.
*****
Большинство россиян, голосовавших в 1991 году за Бориса Ельцина, сегодня признаются, что не сделали бы этого, зная, каким будет результат его правления - таковы данные исследований социологов ВЦИОМ.
****
По данным «Левада-Центра», негативно оценивают итоги правления Б.Н. Ельцина 67 % в 2000 году и 70 % — в 2006, положительно 15 % и 13 % соответственно.

Ответить

Palych

А еще этот алкоголик Черчилль заключил сепаратный мир с германией что если все таки победу на СССР одержит рейх то Великобритания будет на его стороне !

Ответить

"Если будет побеждать Германия мы будем помогать Советам, если будут побеждать Советы, мы будем помогать Германии. И пусть они убивают друг друга как можно БОЛЬШЕ!" (с)
И таки помогали и нам и ... им.
Кстати попытки сепаратных переговоров между Германией и Великобританией таки неоднократно производились. Но как только шило из мешка вылезало "стыдливо" дезавуировались.

Ответить

Местный

Потери советских войск в Сталинградской наступательной операции, напомним, составили свыше 485 тыс. чел. 8-й английской армии победа под Эль-Аламейном обошлась в 2350 чел. убитыми и 2260 чел. пропавшими без вести [2]
----
англичане никогда не воевали числом, только умением..

Ответить

андрюха сиротка

местный,я бы сказал что англичане никогда не воевали на равных,это хорошо показывает история(в том числе и история ВМВ)

Ответить

Ptah

Если бы не "канал" отделяющий англию от Европы, с ними было бы тоже самое что с францией, лягли бы под гитлера на "раз-два":)
Англичане только с "дикими аборигенами", у которых копья да стрелы, воевать горазды

Ответить

Тёма

Да, не было у англичан товарища Сталина. Был бы - положили бы полмиллиона на те же 50 тысяч немцев.

Ответить

андрюха сиротка

странные цифры преведены.

Ответить

Agent Smith

Сражение под Эль-Аламейном 23 октября — 5 ноября 1942
Силы сторон:
Немцы и итальянцы: 115 000 солдат и офицеров
Британцы с союзниками: 220 000 солдат и офицеров
Потери сторон:
Немцы и итальянцы: 30 542 убитыми и ранеными (26,5% численности)
Британцы с союзниками: 13 560 убитыми и ранеными (6 %)
***
Сталинградская битва
Общая численность войск, участвовавших в битве
Советские войска: 1,14 млн. человек
Немцы и союзники: 877 тыс. человек
Потери:
Советские войска: 643 тыс. человек (56,4%)
Немцы и союзники: 800 тыс человек (91%)
***
Глупо сравнивать сражение под Эль-Аламейном со Сталинградской битвой. Интереснее было бы сравнить итог отступления англо-французских войск от французской границы и советских войск к Москве.

Ответить

И это при том, что в сентябре пришлось необученными войсками бить по окопавшимся немцам севернее Сталинграда, отвлекая их силы от города и не давая им взять город... Потери были большие...

Ответить

А об итальянцах немцы правильно шутили перед войной еще:
1. Италия стоит нам 20-ти дивизий. Если Италия союзник - нужно 20 дивизий, чтобы защищать её, если противник - то нужно двадцать дивизий, чтобы разбить её.
2. Итальянские танки имеют одну скорость вперед и три скорости назад.

Ответить

Agent Smith

У итальянцев был неплохой флот и современная авиация. Если бы немцы и итальянцы наладили координацию своих войск и военной промышленности, то странам антигитлеровской коалиции пришлось бы туго. Но у Гитлера были совершенно фантастические представления о мировой политике, и потому он решил не додавливать англичан.

Ответить

Про флот и авиацию не спорю.
Но на суше они воевали из рук вон плохо.
Пожалуй единственные, кто отличился, это итальянские боевые пловцы.
А как противников, итальянцев ни в какое сравнение с немцами не ставили ни англичане ни мы. Англичане низко оценивали боеспособность итальянских моряков и летчиков, наши оценивали боеспособность итальянских дивизий намного ниже немецких.
Помните случай, когда (ЕМНИП) в 1942 году австралийский крейсер дал прикурить двум итальянским? После первых же обменов залпами они удрали, несмотря на то, что были вдвоем против одного.

Ответить



Ну зачем так грубо :)
У человека сложилась под влиянием немецких мемуаров и "историков" типа Солонина и Смирнова вполне определенная уютная картина войны, укладывающаяся в рамки "трупами закидали".
И не волнует его, что хотя бы ради памяти дедов-победителей он обязан был попробовать разобраться, как же это так случилось, что у немцев патронов и снарядов не хватило на всех, если мы их трупами заваливали.

Ответить

Тёма

Ничего у меня не сложилось, просто меня смешит когда англичанам чуть ли ни в вину ставят, что у них маленькие потери. Надо же, блят, всего пять тысяч своих положили...

Ответить

Agent Smith

Англичанам просто повезло, что Гитлер не хотел серьезно воевать с Великобританией.

Ответить

Тёма

Англичанам повезло, что у них сталина не было.

Ответить

Тёма! Открою Вам страшную тайну!
В 1940-м у англичан был Сталин!
Иначе отчего они в 1940-м позорно ретировались через Ла-Манш?
И отчего их до Эль-Аламейна Роммель гонял полотенцем по Африке?
Всяко Сталин виноват!!!
:)

Ответить

Тёма

Был бы у немцев свой сталин - война бы для немцев еще в 40-м году бы закончилась.

Ответить

Всё-всё-всё, молчу-молчу, не омрачайте Вашего "светлого знания" Историей.

Ответить

А я Вам что говорил? :)

Ответить

Местный, не пей, алкоголь на вас очень разрушительно действует)

Ответить

Ptah

На "местного" и "тёму" уже ничего подействовать не может в виду отсутствия мозга. У них одна гниль и злоба на его месте хлюпают

Ответить

Местный

злится на вас убогих?)) вас только можно можно пожалеть..

Ответить

SwatahQ

Почитай историю про войну на Тихом океане. Как японцы англичан гоняли до Австралии, какие потери и сроки были у американцев. И загордись за СССР - какими потерями и в какие сроки Китай и Курилы от японцев очистили. Да такими темпами наши Токио за неделю бы взяли -был бы только приказ. А по факту - знания по истории не ваша сильная сторона.

Ответить

Местный

про войну на Тихом океане я очень хорошо знаю, так что свои байки рассказывай маленьким детям и то они тебя засмеют..
п.с. перед сбросом а.бомбы США оценили свои потери при высадке в Японию в 1-1.5 млн. убитыми.

Ответить

Местный

это вы по себе судите?

Ответить

 
Автор статьи запретил комментирование незарегистрированными пользователями. Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь на сайте, чтобы иметь возможность комментировать.