Регистрация Вход
Город
Город
Город

Повести «Один день Ивана Денисовича» исполнилось 50 лет


 

Полвека тому назад, в ноябре 1962 года, в одиннадцатом номере «Нового мира» увидела свет повесть никому тогда не известного автора «Один день Ивана Денисовича» – и мир впервые услышал это имя: Солженицын. Когда рукопись «Одного дня» появилась в редакции «Нового мира», Александр Твардовский, прежде чем начать трудную и, как тогда казалось, почти наверняка обреченную на неуспех борьбу за нее, дал ее прочесть некоторым своим ближайшим друзьям. В числе первых ее читателей (если не считать сотрудников редакции) был Самуил Яковлевич Маршак.

 

«Один день Ивана Денисовича» (первоначальное авторское название — «Щ-854») — первое опубликованное произведение Александра Солженицына, принёсшее ему мировую известность, публикация которого, по мнению историков и литературоведов, повлияла на весь дальнейший ход истории СССР. По авторскому определению — рассказ, но при публикации в журнале «Новый мир» по решению редакции назван «для весомости» повестью.

 

Рассказывается об одном дне из жизни советского заключённого, русского крестьянина и солдата Ивана Денисовича Шухова:

 

Просто был такой лагерный день, тяжёлая работа, я таскал носилки с напарником и подумал, как нужно бы описать весь лагерный мир — одним днём. Конечно, можно описать вот свои десять лет лагеря, там всю историю лагерей, — а достаточно в одном дне всё собрать, как по осколочкам, достаточно описать только один день одного среднего, ничем не примечательного человека с утра и до вечера. И будет всё.

 

Анна Андреевна Ахматова, прочитав «Один день Ивана Денисовича», сказала Лидии Корнеевне Чуковской: 

 

Эту повесть о-бя-зан про-чи-тать и выучить наизусть — каждый гражданин изо всех двухсот миллионов граждан Советского Союза.

 

История создания и публикации

 

Рассказ был задуман в лагере в Экибастузе, северный Казахстан, зимой 1950—1951 годов, написан в 1959 году (начат 18 мая, закончен 30 июня) в Рязани, где в июне 1957 года Александр Исаевич окончательно поселился по возвращении из вечной ссылки. Работа заняла меньше полутора месяцев.

 

Я в 50-м году, в какой-то долгий лагерный зимний день таскал носилки с напарником и подумал: как описать всю нашу лагерную жизнь? По сути, достаточно описать один всего день в подробностях, в мельчайших подробностях, притом день самого простого работяги, и тут отразится вся наша жизнь. И даже не надо нагнетать каких-то ужасов, не надо, чтоб это был какой-то особенный день, а — рядовой, вот тот самый день, из которого складываются годы. Задумал я так, и этот замысел остался у меня в уме, девять лет я к нему не прикасался и только в 1959, через девять лет, сел и написал. … Писал я его недолго совсем, всего дней сорок, меньше полутора месяцев. Это всегда получается так, если пишешь из густой жизни, быт которой ты чрезмерно знаешь, и не то что не надо там догадываться до чего-то, что-то пытаться понять, а только отбиваешься от лишнего материала, только-только чтобы лишнее не лезло, а вот вместить самое необходимое.

 

В 1961 году создан «облегчённый» вариант, без некоторых наиболее резких суждений о режиме.

 

«Иван Денисович» вышел в свет

 

18 ноября 1962 года тираж журнала «Новый мир» № 11 с «Одним днём» был отпечатан и стал распространяться по стране. Вечером 19 ноября около 2000 экземпляров журнала были завезены в Кремль для участников очередного пленума ЦК КПСС. Первоначально тираж журнала составлял 96 900 экземпляров, но по разрешению ЦК КПСС было отпечатано ещё 25 000.

 

Весть об этой публикации облетает весь мир. Солженицын сразу становится знаменитостью.

 

30 декабря 1962 года Солженицын был принят в члены Союза писателей СССР.

 

Через довольно короткое время — в январе 1963 года — рассказ был переиздан «Роман-газетой» (№ 1/277, январь 1963; тираж 700 тысяч экземпляров) и — летом 1963 года — отдельной книгой в издательстве «Советский писатель» (тираж 100 тысяч экземпляров).

 

Потоком поступали Солженицыну письма читателей:

 

…когда напечатался «Иван Денисович», то со всей России как взорвались письма ко мне, и в письмах люди писали, что они пережили, что у кого было. Или настаивали встретиться со мной и рассказать, и я стал встречаться. Все просили меня, автора первой лагерной повести, писать ещё, ещё, описать весь этот лагерный мир. Они не знали моего замысла и не знали, сколько у меня уже написано, но несли и несли мне недостающий материал.

 

…так я собрал неописуемый материал, который в Советском Союзе и собрать нельзя, — только благодаря «Ивану Денисовичу». Так что он стал как пьедесталом для «Архипелага ГУЛАГа»

 

28 декабря 1963 года редакция журнала «Новый мир» и Центральный государственный архив литературы и искусства выдвинули «Один день Ивана Денисовича» на соискание Ленинской премии по литературе за 1964 год. Выдвижение на столь высокую премию литературного произведения «малой формы» было воспринято многими «литературными генералами» по меньшей мере как кощунственное, такого в СССР ещё никогда не бывало. Обсуждение рассказа на заседаниях Комитета по премиям принимало форму жёстких споров. 14 апреля 1964 года при голосовании в Комитете кандидатура была провалена.

 

*   *   *

 

Александр Исаевич Солженицын, русский писатель




Александр Исаевич Солженицын, русский писатель. Родился 11 декабря в Кисловодске. Предки писателя по отцовской линии были крестьяне. Отец, Исаакий Семенович, получил университетское образование. Из университета в Первую мировую войну добровольцем ушел на фронт. Вернувшись с войны, был смертельно ранен на охоте и умер за полгода до рождения сына.

 

Мать, Таисия Захаровна Щербак, происходила из семьи богатого кубанского землевладельца. 


Первые годы Солженицын прожил в Кисловодске, в 1924 вместе с матерью переехал в Ростов-на-Дону.




Уже в молодости Солженицын осознал себя писателем. В 1937 он задумывает исторический роман о начале Первой мировой войны и начинает собирать материалы для его создания. Позднее этот замысел был воплощен в "Августе Четырнадцатого": первой части («узле») исторического повествования "Красное Колесо".

 

В 1941 Солженицын окончил физико-математический факультет Ростовского университета. Еще раньше, в 1939, он поступил на заочное отделение Московского института философии, литературы и искусства. Закончить институт ему помешала война. После обучения в артиллерийском училище в Костроме в 1942 он был oтправлен на фронт и назначен командиром батареи звуковой разведки. 


Солженицын прошел боевой путь от Орла до Восточной Пруссии, получил звание капитана, был награжден орденами. В конце января 1945 он вывел батарею из окружения.

 

9 февраля 1945 Солженицына арестовали: военная цензура обратила внимание на его переписку с другом Николаем Виткевичем. В письмах содержались резкие оценки Сталина и установленных им порядков, говорилось о лживости современной советской литературы. Солженицына осудили на восемь лет лагерей и вечную ссылку. Отбывал он срок в Новом Иерусалиме под Москвой, потом на строительстве жилого дома в Москве. Затем – в «шарашке» (секретном научно-исследовательском институте, где работали заключенные) в подмосковном поселке Марфино. 1950–1953 он провел в лагере (в Казахстане), был на общих лагерных работах.




После окончания срока заключения (февраль 1953) Солженицын был отправлен в бессрочную ссылку. Он стал преподавать математику в районном центре Кок-Терек Джамбульской области Казахстана. 3 февраля 1956 Верховный суд Советского Союза освободил Солженицына от ссылки, а через год его и Виткевича объявил полностью невиновными: критика Сталина и литературных произведений была признана справедливой и не противоречащей социалистической идеологии. 

 

В 1956-м Солженицын переселился в Россию – в небольшой поселок Рязанской области, где работал учителем. Через год он переехал в Рязань.

 

Еще в лагере у Солженицына обнаружили раковое заболевание, и 12 февраля 1952 ему была сделана операция. Во время ссылки Солженицын дважды лечился в Ташкентском онкологическом диспансере, использовал различные целебные растения. Вопреки ожиданиям медиков, злокачественная опухоль исчезла. В своем исцелении недавний узник усмотрел проявление Божественной воли – повеление рассказать миру о советских тюрьмах и лагерях, открыть истину тем, кто ничего не знает об этом или не хочет знать.

 

Первые сохранившиеся произведения Солженицын написал в лагере. Это стихотворения и сатирическая пьеса "Пир победителей".




Зимой 1950–1951 Солженицын задумал рассказ об одном дне заключенного. В 1959-м была написана повесть Щ-854 (Один день одного зэка). Щ-854 – лагерный номер главного героя, Ивана Денисовича Шухова, заключенного (зэка) в советском лагере. 

 

Осенью 1961 с повестью познакомился главный редактор журнала «Новый мир» А.Т.Твардовский. Разрешение на публикацию повести Твардовский получил лично от Первого секретаря Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Н.С.Хрущева. Щ-854 под измененным названием – Один день Ивана Денисовича – был напечатан в № 11 журнала «Новый мир» за 1962. Ради публикации повести Солженицын был вынужден смягчить некоторые детали жизни заключенных. Подлинный текст повести впервые напечатан в парижском издательстве «Ymca press» в 1973. Но название Один день Ивана Денисовича Солженицын сохранил. 


Публикация рассказа стала историческим событием. Солженицын стал известен всей стране. 


Впервые о лагерном мире была сказана неприкрытая правда. Появились публикации, в которых утверждалось, что писатель сгущает краски. Но преобладало восторженное восприятие рассказа. На короткое время Солженицын был признан официально.




Действие повести умещается в один день – от подъема до отбоя. Повествование ведется от лица автора, но Солженицын постоянно прибегает к несобственно-прямой речи: в авторских словах слышится голос главного героя, Ивана Денисовича Шухова, его оценки и мнения (Шухов, в прошлом крестьянин и солдат, осужден как «шпион» на десять лет лагерей за то, что попал в плен). 

 

Отличительная особенность поэтики рассказа – нейтральность тона, когда о страшных, противоестественных событиях и условиях лагерного существования сообщается как о чем-то привычном, обыденном, как о том, что должно быть хорошо известно читателям. Благодаря этому создается «эффект присутствия» читающего при изображаемых событиях. 


Описанный в рассказе день Шухова лишен событий страшных, трагических, и персонаж оценивает его как счастливый. Но существование Ивана Денисовича совершенно беспросветно: для того, чтобы обеспечить элементарное существование (прокормиться в лагере, выменять табак или пронести мимо охраны ножовку), Шухов должен изворачиваться и часто рисковать собою. Читатель побужден сделать вывод: каковы же были другие дни Шухова, если этот – полный опасностей и унижений – показался счастливым?




Солженицын изображает героиню, живущую в нищете, потерявшую мужа и детей, но духовно не сломленную тяготами и горем. Матрена противопоставлена корыстным и недоброжелательным односельчанам, считающим ее «дурочкой». Вопреки всему Матрена не озлобилась, осталась сострадательной, открытой и бескорыстной. 

 

Матрена из рассказа Солженицына – воплощение лучших черт русской крестьянки, ее лицо подобно лику святой на иконе, жизнь – почти житие. Дом – сквозной символ рассказа – соотнесен с ковчегом библейского праведника Ноя, в котором его семья спасается от потопа вместе с парами всех земных животных. В доме Матрены с животными из Ноева ковчега ассоциируются коза и кошка. 


Матрена и похожа на Ивана Денисовича, и не похожа. Шухов воплощает народную практичность и сметку. Он может быть покорным потому, что это выгодно. Матренина покорность идет от сердца. Она не прислуживает, но служит другим. Шухов – обыкновенный, неплохой человек. Матрена – праведница, которая всегда готова поделиться последним. Односельчане не ведают об ее утаенной святости, считают Матрену просто неумной. Но именно она хранит высшие черты русской духовности. 


Но и душевно праведная Матрена все же не идеальна. Мертвящая советская идеология проникает в жизнь, в дом героини рассказа (знаки этой идеологии в солженицынском тексте – плакат на стене и вечно не умолкающее радио в доме Матрены).




Житие святой должно завершаться счастливой смертью, соединяющей ее с Богом. Таков закон житийного жанра. Однако смерть Матрены – горько-нелепая. Брат покойного мужа, алчный старик Фаддей, когда-то любивший ее, принуждает Матрену отдать ему горницу (избу-сруб). На железнодорожном переезде при перевозке бревен разобранной горницы Матрена попадает под поезд, который олицетворяет механическую, неживую силу, враждебную природному началу, воплощаемому Матреной. Гибель героини символи зирует жестокость и бессмысленность мира, в котором она жила. 

 

В 1963–1966 в «Новом мире» были опубликованы еще три расска за Солженицына: "Случай на станции Кречетовка" (№ 1 за 1963, авторское название – "Случай на станции Кочетовка" – было изменено по настоянию редакции из-за противостояния «Нового мира» и консервативного журнала «Октябрь», возглавлявшегося писателем В.А.Кочетовым), "Для пользы дела" (№ 7 за 1963), "Захар-Калита" (№ 1 за 1966). После 1966-го года сочинения писателя не печатались на Родине вплоть до рубежа 1989-го, когда в журнале «Новый мир» публикуются Нобелевская лекция и главы из книги "Архипелаг ГУЛаг". 
Еще находясь в ссылке, в 1955-м, Солженицын начал писать роман "В круге первом", последняя, седьмая редакция романа была закончена в 1968-м.

 

В 1964-м ради публикации романа в «Новом мире» А.Т.Твардовского Солженицын переработал роман, смягчив критику советской действительности. Вместо девяносто шести написанных глав текст содержал только восемьдесят семь. В первоначальном варианте рассказывалось о попытке высокопоставленного советского дипломата предотвратить кражу сталинскими агентами секрета атомного оружия у США. Он убежден, что с атомной бомбой советский диктаторский режим будет непобедим и может покорить пока еще свободные страны Запада. Для публикации сюжет был изменен: советский врач передавал на Запад сведения о замечательном лекарстве, которые советские власти хранили в глубокой тайне.

 

Цензура тем не менее запретила публикацию. Позднее Солженицын восстановил первоначальный текст, внеся в него небольшие изменения.

 

Марфинские узники – зэки привилегированные. Здесь – по сравнению с лагерем – хорошо кормят. Ведь они – ученые, работающие над созданием сверхсовременного оборудования, которое нужно Сталину и его подручным. 3аключенные должны изобрести устройство, затрудняющее понимание подслушанных телефонных разговоров (шифратор).

 

Один из марфинских зэков, одаренный филолог Лев Рубин (его прототип – филолог-германист, переводчик Л.З.Копелев), так скажет о «шарашке»: «Нет, уважаемый, вы по-прежнему в аду, но поднялись в его лучший высший круг – в первый».

 

В романе много сюжетных линий. Это в первую очередь история Глеба Нержина – героя, симпатичного автору (его фамилия, очевидно, значит «не заржавевший душой», «не поддавшийся рже / ржавчине»). Нержин отказывается сотрудничать с неправедной властью. Он отвергает предложение работать над секретными изобретениями, предпочитая возвращение в лагерь, где может погибнуть.

 

В 1955 Солженицын задумывает, а в 1963–1966 пишет повесть "Раковый корпус". В ней отразились впечатления автора от пребывания в Ташкентском онкологическом диспансере и история его исцеления. Время действия ограничено несколькими неделями, место действия – стенами больницы (такое сужение времени и пространства – отличительная черта поэтики многих произведений Солженицына).

 

В середине 1960-х, когда на обсуждение темы репрессий был наложен официальный запрет, власть начинает рассматривать Солженицына как опасного противника. В сентябре 1965-го у одного из друзей писателя, хранившего его рукописи, был устроен обыск. Солженицынский архив оказался в Комитете государственной безопасности.

 

С 1966-м сочинения писателя перестают печатать, а уже опубликованные изъяли из библиотек. КГБ распространил слухи, то во время войны Солженицын сдался в плен и сотрудничал с немцами. В марте 1967-го Солженицын обратился к Четвертому съезду Союза советских писателей с письмом, где говорил о губительной власти цензуры и о судьбе своих произведений. Он требовал от Союза писателей опровергнуть клевету и решить вопрос о публикации "Ракового корпуса".

 

12 февраля 1974-го Солженицын был арестован и спустя сутки выслан из Советского Союза в Западную Германию. Сразу после ареста писателя его жена Наталья Дмитриевна распространила в «самиздате» его статью "Жить не по лжи" – призыв к гражданам отказаться от соучастия во лжи, которой от них требует власть. Солженицын с семьей поселился в швейцарском городе Цюрихе, в 1976-м переехал в небольшой город Кавендиш в американском штате Вермонт. В публицистических статьях, написанных в изгнании, в речах и лекциях, произнесенных перед западной аудиторией, Солженицын критически осмысляет западные либеральные и демократические ценности. Закону, праву, многопартийности как условию и гарантии свободы человека в обществе он противопоставляет органическое единение людей, прямое народное самоуправление, в противовес идеалам потребительского общества он выдвигает идеи самоограничения и религиозные начала (Гарвардская речь, 1978, статья "Наши плюралисты", 1982, Темплтоновская лекция, 1983). Выступления Солженицына вызвали острую реакцию у части эмиграции, упрекавшей его в тоталитарных симпатиях, ретроградстве и утопизме. Гротескно-шаржированный образ Солженицына – писателя Сим Симыча Карнавалова был создан В.Н.Войновичем в романе "Москва-2042".

 

В эмиграции Солженицын работает над эпопеей "Красное Колесо", посвященной предреволюционным годам. "Красное Колесо" состоит из четырех частей-«узлов»: "Август Четырнадцатого", "Октябрь Шестнадцатого", "Март Семнадцатого" и "Апрель Семнадцатого". Солженицын начал писать "Красное Колесо" в конце 1960-х и завершил только в начале 1990-х. "Август Четырнадцатого" и главы "Октября Шестнадцатого" были созданы еще в СССР. "Красное Колесо" – своеобразная летопись революции, которая создается из фрагментов разных жанров. Среди них – репортаж, протокол, стенограмма (рассказ о спорах министра Риттиха с депутатами Государственной думы; «отчет о происшествиях», в котором анализируются уличные беспорядки лета 1917, фрагменты из газетных статей самых разных политических направлений и т.д.). Многие главы подобны фрагментам психологического романа. В них описываются эпизоды из жизни вымышленных и исторических персонажей: полковника Воротынцева, его жены Алины и возлюбленной Ольды; влюбленного в революцию интеллигента Ленартовича, генерала Самсонова, одного из лидеров Государственной думы Гучкова и многих других. Оригинальны фрагменты, названные автором «экранами», – подобия кинематографических кадров с приемами монтажа и приближения или удаления воображаемой кинокамеры. «Экраны» полны символического смысла.




Так, в одном из эпизодов, отражающем отступление русской армии в августе 1914, изображение оторвавшегося от телеги колеса, окрашенного пожаром, – символ хаоса, безумия истории. В "Красном Колесе" Солженицын прибегает к повествовательным приемам, характерным для модернистской поэтики. Сам автор отмечал в своих интервью значимость для "Красного Колеса" романов американского модерниста Джона Дос Пассоса. "Красное Колесо" построено на сочетании и пересечении разных повествовательных точек зрения, при этом одно и то же событие иногда дается в восприятии нескольких персонажей (убийство П.А.Столыпина увидено взглядом его убийцы – террориста М.Г.Богрова, самого Столыпина, генерала П.Г.Курлова и Николая II). «Голос» повествователя, призванного выражать авторскую позицию, часто вступает в диалог с «голосами» персонажей, истинное авторское мнение может быть лишь реконструировано читателем из целого текста. Солженицыну – писателю и историку – особенно дорог реформатор, председатель Совета Министров России П.А.Столыпин, который был убит за несколько лет до начала основного действия "Красного Колеса". Однако Солженицын посвятил ему значительную часть своего произведения. "Красное Колесо" во многом напоминает "Войну и мир" Л.Н.Толстого. Подобно Толстому, Солженицын противопоставляет актерствующих персонажей-политиканов (большевика Ленина, эсера Керенского, кадета Милюкова, царского министра Протопопова) нормальным, человечным, живым людям. Автор "Красного Колеса" разделяет толстовскую мысль о чрезвычайно большой роли в истории обыкновенных людей. Но толстовские солдаты и офицеры творили историю, не сознавая этого. Своих героев Солженицын все время ставит перед драматическим выбором – от их решений зависит ход событий.




Отрешенность, готовность подчиниться ходу событий Солженицын, в отличие от Толстого, считает не проявлением прозорливости и внутренней свободы, а историческим предательством. Ибо в истории, по мысли автора "Красного Колеса", действует не рок, а люди, и ничто не предопределено окончательно. Именно поэтому, сочувствуя Николаю II, автор все же считает его неизбывно виноватым – последний русский государь не исполнил своего предназначения, не удержал Россию от падения в бездну. Солженицын говорил, что вернется на родину лишь тогда, когда туда вернутся его книги, когда там напечатают "Архипелаг ГУЛаг". Журналу «Новый мир» удалось добиться разрешения властей на публикацию глав этой книги в 1989-м. В мае 1994-го Солженицын возвращается в Россию. Он пишет книгу воспоминаний "Угодило зёрнышко промеж двух жерновов" («Новый мир», 1998, № 9, 11, 1999, № 2, 2001, № 4), выступает в газетах и на телевидении с оценками современной политики российских властей. Писатель обвиняет их в том, что проводимые в стране преобразования непродуманны, безнравственны и наносят огромный урон обществу, что вызвало неоднозначное отношение к публицистике Солженицына.




В 1991-м Солженицын пишет книгу "Как нам обустроить Россию. Посильные сображения". А в 1998-м Солженицын печатает книгу "Россия в обвале", в которой резко критикует экономические реформы. Он размышляет о необходимости возрождения земства и русского национального сознания. В «Новом мире» писатель регулярно выступает в конце 1990-х с литературно-критическими статьями, посвященными творчеству русских прозаиков и поэтов. В 1990-х Солженицын пишет несколько рассказов и повестей: "Два рассказа" ("Эго", "На краях") («Новый мир», 1995, 3, 5), названные «двучастными» рассказы "Молодняк", "Настенька", "Абрикосовое варенье" (все – «Новый мир», 1995, № 10), Желябугские выселки («Новый мир», 1999, № 3) и повесть "Адлиг Швенкиттен" («Новый мир», 1999, 3). Структурный принцип «двучастных рассказов» – соотнесенность двух половин текста, в которых описываются судьбы разных персонажей, часто вовлеченных в одни и те же события, но не ведающих об этом. Солженицын обращается к теме вины, предательства и ответственности человека за совершенные им поступки. В 2001–2002 выходит двухтомный монументальный труд "Двести лет вместе", который автор посвящает истории еврейского народа в России. Первая часть монографии охватывает период с 1795 по 1916, вторая – с 1916 по 1995. Издания Солженицына А.И. Собрание сочинений (в 20 тт.). Вермонт, Париж, 1978–1991; Малое собрание сочинений (в 8 тт). М., 1990–1991; Собрание сочинений (в 9 тт.). М., 1999 – (издание продолжается); "Бодался телёнок с дубом: Очерки литературной жизни". М., 1996; "Красное Колесо: Повествованье в отмеренных сроках в четырёх узлах" (в 10 тт.). М., 1993–1997.

 

А. И. Солженицын скончался 3 августа 2008 года на 90-м году жизни, на своей даче в Троице-Лыкове, от острой сердечной недостаточности. 6 августа его прах был предан земле в некрополе Донского монастыря за алтарём храма Иоанна Лествичника, рядом с могилой историка В. О. Ключевского.

 

Афоризмы, цитаты, высказывания

 

Образование ума не прибавляет.

 

Интеллигент — это тот, чья мысль не подражательна.

 

Если ты не умеешь использовать минуту, ты зря проведешь и час, и день, и всю жизнь.

 

Нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская.

 

Всякий, кто однажды провозгласил насилие своим методом, неумолимо должен избрать ложь своим принципом.

 

Работа — она как палка, конца в ней два: для людей делаешь — качество дай, для начальника делаешь — дай показуху.

 

А откуда вы знаете, в какой точке земли вы будете счастливы, в какой — несчастливы? Кто скажет, что знает это о себе?

 

Снятие ответственности с Ельцина — великий позор. Я считаю, что Ельцин и человек сто из его окружения должны предстать перед судом.

 

Есть высокое наслаждение в верности. Может быть — самое высокое. И даже пусть о твоей верности не знают. И даже пусть не ценят.

 

Интеллигент — это тот, чьи интересы к духовной стороне жизни настойчивы и постоянны, не понуждаемы внешними обстоятельствами и даже вопреки им.

 

Народ имеет несомненное право на власть, но хочет народ — не власти (жажда ее свойственна лишь процентам двум), а хочет прежде всего устойчивого порядка.

 

Есть черные люди, злокозненно творящие черные дела, и надо только отличить их от остальных и уничтожить. Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца?

 

Самая тяжелая жизнь совсем не у тех, кто тонет в море, роется в земле или ищет воду в пустынях. Самая тяжелая жизнь у того, кто каждый день, выходя из дому, бьется головой о притолоку — слишком низкая.

 

Совсем не уровень благополучия делает счастье людей, а отношения сердец и наша точка зрения на нашу жизнь. И то и другое — всегда в нашей власти, а значит, человек всегда счастлив, если он хочет этого, и никто не может ему помешать.

 

Все приемы предвыборной борьбы требуют от человека одних качеств, а для государственного водительства — совершенно других, ничего общего с первыми. Редок случай, когда у человека есть и те и другие, вторые мешали бы ему в предвыборном состязании.

 

У прежних русских купцов было КУПЕЧЕСКОЕ слово (сделки заключались без письменных контрактов), христианские представления, исторически известная размашная благотворительность, — дождемся ли мы такого от акул, взращенных в мутном советском подводьи?

 

Достоинство у ночных арестов, что ни соседние дома, ни городские улицы не видят, скольких увезли за ночь. Напугав самых ближних соседей, они для дальних не событие. Их как бы и не было. По той самой асфальтной ленте, по которой ночью сновали воронки, — днем шагает молодое племя со знаменами и цветами и поет неомраченные песни.

 

Правила комментирования блога otello.gorod.tomsk.ru



Источник: http://nnm.ru/blogs/spiridonn/aleksandr-solzhenicyn-dnyu-rozhdeniya-po…

Поделитесь с друзьями:

Смотрите также:

Александр Исаевич Солженицын

 

Комментарии:

putnik-ost

Не понимаю и видимо не смогу понять почему вокруг этой книги, весьма посредственной на мой взгляд, столько ругани и споров? Так же как и вокруг творчества Резуна-Суворова. Или Кара-Мурзы.
. Ну изложил человек своё мнение. Нравиться - поддерживайте, не нравится критикуйте, но в обоих случая аргументируйте свою позицию. Зачем реквизит-то ломать, его потом чинить придётся.

Ответить

atlakatl

Культ личности даже после XX века осуждали очень осторожно. Закрытый доклад в рукописных копиях, тихие амнистии политических и целых народов, переименования.
«Один день» был первым НАСТОЯЩИМ рассказом. Это и налагало на Солженицына особую ответственность. Самоответственность. Не смог он литературно украшать или выдумывать детали событий. Изложил только то, что видел и испытал сам или слышал из надёжных источников. Вот и получился довольно скромный рассказ.
Конечно, Нобелевская по литературе Солженицыну – акт чисто политический. Холодная война и «старания» советских органов сделали своё дело.

Ответить

Red Star

*** Культ личности даже после XX века осуждали очень осторожно ***
Если найдете стенографический отчет 22-го съезда КПСС, то полистайте его, там Кукурузник вылил еще ушаты грязи на Сталина... После этого и было принято решение о выносе тела из Мавзолея... И - было полно книг, где участие Сталина замалчивалось, а где нельзя было замолчать - обливалось грязью. Сужу по биографии Орджоникидзе года эдак 1960-го. А также по названиям книг, выпущенных к 20-летию Сталинградской битвы. Она называлась "битва на Волге".... Типа не было никакого города Сталинград, а сражались на самой Волге...

Ответить

otello

"Культ личности даже после XX века осуждали очень осторожно" - Правильнее сказать, выборочно, потому как вся старая элита была в этом замарана. А вот фронтовики (Брежнев и др.) нет, поэтому в конце концов они Хрущева и свалили.

Ответить

Red Star

:))))) Хрущ своими воистину непродуманными проектами довёл экономику и управленческий аппарат до шаткого состояния. Эдакий пра-горбачев. И свалили его не из-за репрессий, а потому что дальше терпеть уже было невозможно. Если и были у него союзники, то и тех он умудрился превратить в своих недоброжелателей.

Ответить

otello

Ну, не спорю, это было в первую очередь.

Ответить

Женька

А мне кажется, что это именно буквально "один день Ивана Денисовича" и нет тут особо точки зрения... Хотя, подождите. Человек реально там посидел, вот и написал свои впечатления и имел право злиться. Ведь если из-за комментариев иногда злишься, то оказавшись там, тем более. И дело даже не в точке зрения. Да и мне, человеку несидевшему, было интересно это прочитать в школе.

Ответить

Red Star

*** Нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская.***
Ну, если ты этой нации не нужен, презираем из-за лжи, чужд своим предательством и ненужен из-за своих ахинейных идей (которые по сути есть воссоздание царской России в каком-то идеализированном представлении самого АИСа) - зачем какашками кидаться?

Ответить

Гром

Скоро с него иконы писать начнут... Чем дальше в лес, тем ну его на... Интересно, он сознательно культивировал свой иконописный облик святого ? В остальном- согласен С Путником.

Ответить

otello

Нет ничего более приятного для недалёких, чем цитата, вырванная из контекста.
***
Прибавим контекст:
***
Пленники в немецком плену узнали, что нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская. («Архипелаг ГУЛаг», том 2, часть 3, глава 6.)
***
«У нас нет пленных. У нас есть только предатели» (с) И.В.Сталин.

Ответить

Red Star

То есть их просветителями были немцы? :))))) Нашли, блин, авторитетных Гуру... :))))
Кстати, пленники в Гуантаномо тоже узнают от нации сверхчеловеков, что они - пленники - вообще не люди...

Ответить

otello

Не пойму, вы дурачком специально прикидываетесь, или действительно осилить неспособны?

Ответить

Red Star

осилить что? Предложение "Пленники в немецком плену узнали, что нет на свете нации более презренной, более покинутой, более чуждой и ненужной, чем русская"? Осилил. "Архипелаг"? Да на кой он мне сдался.... Если в этом произведении не поймешь, где правда, а где ложь - стоит ли оно отпущенного на этом свете времени?

Ответить

otello

Не осилили. Печалька. А Гулаг это художественное произведение, там всё правда, и все ложь.

Ответить

http://www.rus-obr.ru/opinions/9513
по поводу этой "крылатой фразы И.В.Сталина"

Ответить

otello

Это ничего не меняет. Важен тренд.

Ответить

забавный подход)
- Изя вчера в лотерею сто рублей выиграл.
- Не Изя, а Абрам. Не в лотерею, а в преферанс. Не выиграл, а проиграл. Не сто рублей, а 50 копеек.
- Это ничего не меняет. Важен тренд.

Ответить

otello

Смешно, но не в тему.

Ответить

Anatomik

Ну, как можно вообще говорить о человеке, который и сам косвенно признал, что врал, но не отказался от "Шнойбелевской" премии, которую сегодня "за особые заслуги" дают Евросоюзу...
Пи,Си. Не путать "Шнойбелевскую" с Нобелевской - за действительно достижения!

Ответить

Перзираю диссидентов...

Ответить



otello

Солженицын - ветеран ВОВ. Да и в диссиденты он не набивался. Его объявили.

Ответить

Red Star

Вот что этот "ветеран" писал про амнистию полицаев и власовцев - взято отсюда: http://ru.wikipedia.org/wiki/Аденауэровская_амнистия :
**** Да просто по общему закону нашей информации: о ничтожном — трезвонить, о важном — вкрадчиво. И вот крупнейшая изо всех политических амнистий после Октября была дарована в «никакой» день, 9 сентября, без праздника (!!!!!) , напечатана в единственной газете «Известия», и то на внутренней странице, и не сопровождалась ни единым комментарием, ни единой статьёй. ****
Ах, их еще надо было с хлебом-солью на волю выпроваживать, да еще в газетах трубить!!! Да еще праздник устраивать. Конечно, его же друзей - пусть и духовных - освобождали... Как думаете, его однополчане за такие слова при встрече обнимали-целовали бы или палками пытались побить?

Ответить

otello

"Как думаете" - А вы видимо нет. Для вас они "полицаи и власовцы", а для него - русские люди, попавшие в сложные жизненные обстоятельства и расплатившиеся за это сполна. Поэтому он великий русский писатель, а вы лишь один из его @улителей, поборник черно-белого мира и простых решений.
***
И он ветеран без кавычек, не хуже скажем Брежнева.

Ответить

Red Star

*** расплатившиеся за это сполна *** Чем? Кое-кто из этих "страдальцев" рванули на Запад и стали служить уже другим хозяевам... Немцы же не дураки были и предлагали проверку новоявленному "хильфе" - расстрелять или повесить советского гражданина, так что путь назад им был заказан...
Другие же страдальцы в предатели не пошли, прошли концлагерь, проверки - и если не были замараны сотрудничеством с немцами, вернулись на Родину, к семьям.
Кто будет вякать, что все пленные поголовно попали в ГУЛАГ, пусть мне ответят на несоответствие количества военнопленных и сравнительно небольшое увеличение количества заключенных ГУЛАГа.

Ответить

otello

Вы не следите за собственными комментами. У вас речь об амнистии, следовательно, о людях отсидевших до 10 лет. Мало? Всех, замешанных в убийствах и зверствах, расстреливали не отходя от кассы. И вылавливали без срока давности. Завтра выложу про одного такого.

Ответить

Red Star

*** Всех, замешанных в убийствах и зверствах, расстреливали не отходя от кассы. ***
Так уж и на месте? :)))) http://ru.wikipedia.org/wiki/Краснодарский_процесс

Ответить

otello

Не на месте. Не передёргивайте. Хотя и следовало бы.

Ответить

Red Star

А как надо было понимать ваши же слова "не отходя от кассы"??
Кстати, случаи самосуда были. В том же Сталинграде, если красноармейцы вылавливали "хиви", то те довольно быстро и бесславно пополняли список удобрителей приволжских степей...

Ответить

otello

Как понимать? Судили и расстреливали. Кто не зверствовал отправляли в лагерь, и как правильно замечено, не всех. Решал суд.

Ответить

Red Star

И кто зверствовал, тоже в лагеря отправляли. иначе не было бы в цитируемом ниже абзаце этого пункта:
** 4. Не применять амнистии к карателям, осужденным за убийства и истязания советских граждан. ***

Ответить

otello

Так в чём проблема-то? Если зверствовали, но не сильно, сидели как положено от звонка до звонка. Да здравствует Советский Суд, самый гуманный и справедливый суд в мире!

Ответить

Red Star

*** следовательно, о людях отсидевших до 10 лет. Мало? ***
А кто судья - мало-много? Только те, кто насстрадался от этих "освободителей"...

Ответить

Red Star

Кстати, Солженицкер опять передернул:
.
"ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
УКАЗ
от 17 сентября 1955 года
Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.
После победоносного окончания Великой Отечественной войны советский народ добился новых больших успехов во всех областях хозяйственного и культурного строительства и дальнейшего укрепления своего социалистического государства.
Учитывая это, а также прекращение состояния войны между Советским Союзом и Германией и руководствуясь принципом гуманности, Президиум Верховного Совета СССР считает возможным применить амнистию в отношении тех советских граждан, которые в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. по малодушию или несознательности оказались вовлеченными в сотрудничество с оккупантами.
В целях предоставления этим гражданам возможности вернуться к честной трудовой жизни и стать полезными членами социалистического общества Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Освободить из мест заключения и от других мер наказания лиц, осужденных на срок до 10 лет лишения свободы включительно за совершенные в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. пособничество врагу и другие преступления, предусмотренные ст. ст. 581, 583, 584, 586, 5810, 5812 Уголовного кодекса РСФСР и соответствующими статьями уголовных кодексов других союзных республик.
2. Сократить наполовину назначенное судом наказание осужденным на срок свыше 10 лет за преступления, перечисленные в ст. 1 настоящего Указа.
3. Освободить из мест заключения независимо от срока наказания лиц, осужденных за службу в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях.
Освободить от дальнейшего отбывания наказания лиц, направленных за такие преступления в ссылку и высылку.
4. Не применять амнистии к карателям, осужденным за убийства и истязания советских граждан.
5. Прекратить производством все следственные дела и дела, не рассмотренные судами о преступлениях, совершенных в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., предусмотренных ст. ст. 581, 583, 584, 586, 5810, 5812 Уголовного кодекса РСФСР и соответствующими статьями уголовных кодексов других союзных республик, за исключением дел о лицах, указанных в ст. 4 настоящего Указа.
6. Снять судимость и поражение в правах с граждан, освобожденных от наказания на основании настоящего Указа.
Снять судимость и поражение в правах с лиц, ранее судимых и отбывших наказание за преступления, перечисленные в ст. 1 настоящего Указа.
7. Освободить от ответственности советских граждан, находящихся за границей, которые в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. сдались в плен врагу или служили в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях.
Освободить от ответственности и тех ныне находящихся за границей советских граждан, которые занимали во время войны руководящие должности в созданных оккупантами органах полиции, жандармерии и пропаганды, в том числе и вовлеченных в антисоветские организации в послевоенный период, если они искупили свою вину последующей патриотической деятельностью в пользу Родины или явились с повинной.
В соответствии с действующим законодательством рассматривать как смягчающее вину обстоятельство явку с повинной находящихся за границей советских граждан, совершивших в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. тяжкие преступления против Советского государства. Установить, что в этих случаях наказание, назначенное судом, не должно превышать пяти лет ссылки.
8. Поручить Совету Министров СССР принять меры к облегчению въезда в СССР советским гражданам, находящимся за границей, а также членам их семей, независимо от гражданства, и их трудоустройству в Советском Союзе."
http://ru.wikisource.org/wiki/Указ_Президиума_ВС_СССР_от_17.09.1955_об_амнистии_ советских_граждан,_сотрудничавших_с_оккупантами_в_период_ВОВ
.
.
Как видим, амнистия к "к карателям, осужденным за убийства и истязания советских граждан", не применялась, а осужденным на срок свыше 10 лет срок сократили наполовину.

Ответить

otello

В чём передёргивание-то?

Ответить

Red Star

Концовку почитайте.

Ответить


Если что, по этой амнистии вышли не одни только власовцы. по этим статьям осуждали и военнопленных,тех кто был в немецком плену, и тех кто во время оккупации работал на немцев, хоть пол мыл в коммендатуре, и очень много женщин за "горизонтальное сотрудничество".

Ответить

Диссидент, в моих глазах - тот кто покинув отчизну(не важно по каким мотивам), начинает взахлеб хаять ее из-за бугра. А-ля, шавка, заливающаяся лаем на прохожих из-за забора. А что ветеран - дык, бывает. Время такое было - война. Всяких ветеранов хватало, и людей замечательных и сволоты всеразличной.

Ответить

otello

По собственному желанию Солженицын Россию не покидал ни разу. Наоборот, как только появилась возможность, вернулся на Родину. И книги он свои писал здесь.
***
ЗЫ. Вам бы немного подучиться, цены бы вам не было.

Ответить

Red Star

Возможность у него появилась в году эдак с 1990-го.. но вернулся он почему-то в 1994-м... Вероятно, когда убедился, что ненавистные комсюки слабы и после Октября-1993-го свалить ЕБН не смогут.

Ответить

otello

Выгнала его Советская власть, вот он и дождался, когда её в 1993-м не стало. И не приехал он, а переехал. Насовсем. В 1990-м году ему было 72 года (дожить до этих лет, уже счастье), поди не мальчик уж.

Ответить

Red Star

Хм, хи, хотите сказать, что в 1992 и большей части 1993-го года у власти были коммунистические Советы? :))))

Ответить

otello

А разве нет? У вас склероз? Пичалька, а такой молодой.

Ответить

putnik-ost

Беда Достопочтенный - хороший человек. Но даже для него подобная дихотомия слишком сложна. Может шаблон порваться. Шаблон не жаль(как и вообще все шаблоны), Беде сочувствую, но можно бы уже перестать видеть мир в чёрно-белом изображении.

Ответить


Anatomik

Долго думал, оценивать пост или нет. Решил так, коли минусят - поставлю +. Пусть общество рассудит.

Ответить

Местный

читал.. был в под впечатлением от этой повести.

Ответить

Офигения

читала. просто читала, как выяснилось. без впечатлений. "Гулаг" осилила только первый том. с первых страниц весьма смутило полное уничижение всего совецкого, включая вождей и всех поголовно революционеров, с одновременным обожествлением просто, Николая 2-го в особенности и царей и царизма, в принципе. революционеры поголовно твари, цари - вечные радетели за всенародное благо и страдатели поголовно, заодно и прогрессивные реформаторы все без исключения. Николай 2-й, так просто ангел во плоти, к тому ж мученник.
Шаламов нравится, в этом плане, больше. Он не вешает ярлыков так бескомпромиссно и навязчиво.

Ответить

otello

Кхм, вы уверены что читали именно "ГУЛаг"?

Ответить

MirexMultispeed

Присоединяюсь к вопросу.

Ответить

Campan

Как долго ещё будут носится с этим "мессией",как курица с яйцом.

Ответить

putnik-ost

Солженицин - антикоммунист, т.е. тот же самый коммунист но с противоположным знаком. Ровно то же чёрно-белое видение ситуации. ИА никак не мог принять, что его замечательные монархисты довели Россию до 1917г. Точно также патриотики не могут принять простой факт - РФия органично вылупилась из СССР. Картиночка калькируется и видимо так будет до скончания времён.

Ответить

otello

"Солженицин - антикоммунист", "его замечательные монархисты" - очень узкая однобокая трактовка. Солженицын - он солженицист, т.е. бескомпромиссный гуманист и апологет местного самоуправления. А с монархистами это к Михалкову, пжлста.

Ответить

putnik-ost

Начну с конца. Михалков - немонархист, он флюгер, дешёвка, подхалим и жадный хмырь.
. бескомпромиссный гуманист - это удобно и красиво, но в настоящей жизни сплошь и рядом совершенно нереализуемо. Пример деятельность Махатмы Ганди(бесконечно мною уважаемого) - независимость страна получила практически бескровно, а потом началась страшенная резня, временами вспыхивающая и по сей день.

Ответить

otello

"гуманист - это удобно и красиво, но в настоящей жизни сплошь и рядом совершенно нереализуемо" - Ну дак Солженицын свои прожекты и не реализовал. Как марксист скажу: потому что это утопия. Но от этого Солженицын (как Толстой, и мать Тереза) не перестал быть гуманистом.

Ответить

putnik-ost

если проекты АИ нереализуемы,то в чём их практический смысл? Видимо невчём. Т.е.они полезны в качестве некой абстракции. АИ как литератор, весьма посредственен, как историк-исследователь - то же. Остаётся только роль - "народной совести". А народ, в большинстве своём, АИ ненавидит совершенно люто.
. что имеем в сухом остатке?

Ответить

"А я хочу быть похожим на Сталина -
Половину - к стенке, половину - по камерам!" (с)

Ответить

otello

А работать кто будет?

Ответить


Palych

Образование ума не прибавляет .
Если ты не умеешь использовать минуту, ты зря проведешь и час, и день, и всю жизнь.
СОГЛАСЕН !

Ответить

OKCA

Пусть любители читают его "произведения", лишь бы в школьную программу не вносили. Незачем неокрепшим умам изучать эту лживую муть.

Ответить

sazon

Поздно... "Архипелаг Гулаг" давно уже в школьной программе. И это правильно.

Ответить

otello

"Архипелаг Гулаг" детям читать нельзя. Ибо "18+".

Ответить

Campan

Есть такое "Бесы"...Видимо это наше исконное,русское. Сейчас другие бесы с противоположным знаком.

Ответить

MirexMultispeed

Даже у тех, кто не читал ничего сложнее аннотаций к сериалам на торрентах, есть свое мнение о Солженицыне:)
Негативное, как правило.

Ответить

OKCA

В мой огород камень, чтоль?
Мои негативные впечатления основаны на ознакомлении с источником. И "Гулаг", и "1 день" читала. Так что нефиг тут.

Ответить

MirexMultispeed

Мопассан вот женщин не любил. А женщины куда лучше, чем ГУЛАГ и вообще вся советская власть. И никто не кидает в Мопассана тухлыми помидорами, требуя "немедленного и всестороннего анализа роли женщины в современном обществе"...

Ответить

sazon

Странно, мне попадалась информация, что Мопассан наоборот шибко охочь был до женщин. Вроде как однажды пари заключил, что в борделе произведёт подряд 12 половых актов. Говорят пари он выиграл в присутствии нотариуса засвидетельствовавшего, что всё сделано правильно :)
Впрочем инфу специально не проверял, возможно враньё...

Ответить

Любавна

Рубрика - "День в истории". Просто констатация факта - "Один день Ивана Денисовича" 50 лет назад был напечатан в известном журнале, и это было в то время событием. Это - было. О чем спорить-то?

Ответить

Red Star

в СССР, до одного громкого скандала, никому не приходило в голову законодательно уточнять, что положение о ветенанах ВОВ не распространяется на лиц, воевавших на стороне Германии...

Ответить

 
Автор статьи запретил комментирование незарегистрированными пользователями. Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь на сайте, чтобы иметь возможность комментировать.